Растениям свойственна повторяемость одинаковых элементов — междоузлий,
мутовок, листьев. Но есть интересная закономерность: чем совершеннее
растение, тем у него меньше таких схожих частей. Облик растения
становится все более цельным и слаженным. Из формы исчезает дробность,
расчлененность
Все эти признаки подлинного совершенства можно найти у майника. Он достиг очень высокого эстетического уровня. Это настоящий мастер композиции — причем его чувство формы созвучно лучшим стилевым исканиям эпохи. Пленяет пластичность растения. Ажурность, криволинейные плоскости, равновесие формы в сочетании с ее асимметрией — все это позволяет сравнивать растение с лучшими достижениями зодчества.
У майника только два листа. Они неодинаковы: явно разнятся и размеры и контуры. Нет точного подобия, но есть стилевое единство. Интересно найдена и композиционная связь двух листьев. Они располагаются друг против друга, но на разной высоте: тот, что крупнее, находится ниже. Оба листка под разными углами выверены.
Верхний лист майника отличается большей стреловидностью. Чуть ниже его мудро расположено соцветье растения. Тут угадывается тончайший композиционный расчет: место для соцветия выбрано так, что оно восстанавливает равновесие между малым и большим листьями. Однако это живое равновесие — в нем нет мертвой статики. Белая ажурная кисть как бы рифмует листья друг с другом, но в этом созвучья есть пленительная неточность. Это своего рода консонанс, когда гармония включает в себя игру асимметрии; когда легкая неправильность чудодейственно вносит жизнь в композицию.
Соцветье майника — как белый узор: легкий, кисейный. Зыбким кружевцем, прорисовалось оно на фоне трав. Кружевце это трехмерное, объемное, будто его накинули на остов проволочной башенки.
Рассмотрим цветок майника. Ювелирно отделана здесь каждая деталь. Нет никакой вычурности. Все предельно просто. Даже удивительно: как создается этот эффект ажурности, сквозистости? Четыре, узких околоцветника у майника отклоняются немного вниз; над ними косо восходят вверх четыре нитяных тычинки. Они немного похожи на улиточьи рожки — белые шарики пыльников усиливают это сходство.
В центре цветка — скульптурный пестик. Если снять его крупным планом и отвлечься от других деталей, то мы увидим форму, напоминающую буддийскую ступу с ее характерным навершием. Постамент — купол — шпиль: соответствия поразительны!
Итак, вот весь цветок: околоцветники — тычинки — пестик. Очень обычная симметрия, весьма тривиальный план. Но это при внешнем подходе. Ведь очевидно: майник сотворил чудо. Суть не только в структуре как таковой. Ее еще надо уметь воплотить; приняв, пережить внове, по-своему. Тогда старое, известное блеснет неожиданной новизной. Это и сделал майник. В своем цветке он не создал новой композиции. Однако классическую схему поднял на недосягаемую высоту.
Майник — это как бы стихи природы: прозрачна их метрика, чист их лирический стиль. А тема — многозначная. Майник хочет выразить и гармонию бытия, и светизну белых ночей, и свою тягу к общению — оно ведь главное в жизни цветка.
Растение вкладывает всего себя в цветок. Не представляется, чтобы эта травка с двумя вогнутыми листьями цвела как-то иначе. Нет, здесь все изумительно соотнесено друг с другом — и нельзя ничего заменить, переставить, подправить. Высшая цельность — вот чего достиг майник. Художественное начало природы проявилось в нем со всем блеском и полнотой.
